«Как ты смеешь?! Это его будущая жена!» — визгнула свекровь, уверенная в своем праве на сына и его жизнь

Отец моего мужа, Игорь Львович Григорьев, успешный адвокат, сын умом явно пошёл в него, трудятся они вместе в своей юридической фирме. Не знаю, что его держало рядом с женой, но, видимо, пути любви неисповедимы. Она родила ему Вадима и остановилась на этом. Теперь сын — продолжатель рода Григорьевых, и соучредитель фирмы. Там же мы и познакомились. Я, после окончания Вуза, устроилась помощником юриста, часто пересекалась с фирмой его семьи, а именно с Вадимом. Полгода ухаживаний и я переехала к нему, а ещё через полгода мы поженились.

Мне не нужны были ни празднества, ни рестораны с фатой. Вадим тоже не испытывал рвения гулять на всю катушку. Он вёл очень сложный процесс, после успешного завершения которого мы расписались, и на церемонии присутствовали только его родители и лучший друг. Слетали отдохнуть на острова, где провели целую неделю, посвящённую только нам двоим.

Вся наша жизнь была тихой и размеренной. Мы даже не ссорились ни разу. Если в чём-то были разногласия, то всё решалось путём обсуждения проблемы. Работать я продолжала на своей работе, хотя Вадим был бы непротив, если бы уволилась. Но терять место не хотелось, я, конечно, не карьеристка, но своё место нашла и не хотела становиться домохозяйкой. От работы в фирме мужа я отказалась. Может быть, потом, как-нибудь. Сейчас же мне казалось, что так, как сейчас, меня вполне устраивает. Никто не считает, что меня взяли по блату, что я чья-то жена и прочее.

Входная дверь хлопнула, это точно вернулся Вадим! Я подскочила с кровати, на которой сидела. Хотела выйти, но услышала их ссору. Чуть позже, я выйду чуть позже.

Вернулась к кровати и села, прислушиваясь к голосам.

Раздались крики, ругался Вадим и… я никогда не слышала, чтобы он так орал. Он выгонял свою мать из дома. А потом всё затихло и дверь нашей спальни с грохотом открылась.

Таким злым и агрессивным я его никогда не видела. Он смотрел на меня и не мог выговорить ни слова. С презрением. С любовью. С ненавистью. С болью.

— Вадим? — ничего не понимаю, что там такого ему сделала мать?

Он словно очнулся от моего голоса.

— Я вернусь завтра, чтобы ноги твоей в моём доме не было. — ошеломляюще громко прозвучали в полной тишине его слова.

Ничего не понимаю, я сижу на нашей с ним постели в абсолютном шоке. Вадим ушёл. Перед этим ударил кулаком в стену, оставив кровавый след на обоях. Холодным льдом пробирается под кожу ощущение опасности, безысходности. Он меня выгнал? Как и говорила Маргарита Васильевна. Она знала, что так случится! Знала! Но откуда? Что происходит?

Я не решаюсь позвонить ей. То, с каким чувством она меня выставляла, теперь я понимаю, свекровь была точно уверена в себе. Только зачем привела эту девушку? Думала, Вадим скажет ей спасибо и сразу женится, выставив меня?