Глава 1. Обычный вечер
Мой телефон зазвонил в 19:43. Я точно помню время, потому что смотрел новости, и внизу экрана как раз бежала строка с курсом валют. Номер был незнакомый, но я всё равно ответил – привычка, выработанная годами работы в продажах.
– Алло, Михаил? – спросил глубокий мужской голос.
– Да, это я. С кем имею честь?
– Меня зовут Олег. Мы не знакомы, но думаю, нам стоит поговорить.
Что-то в его голосе меня напрягло. Не было в нём той навязчивой бодрости телемаркетологов, зато была какая-то личная нотка, совсем не подходящая для случайного звонка.
– Слушаю, – сказал я и выключил телевизор.
– Это касается вашей жены, Анны.
Я почувствовал, как пол уходит из-под ног. Анна была на корпоративе, который должен был закончиться около одиннадцати. По крайней мере, так она сказала, уходя из дома два часа назад. Перед уходом она долго крутилась перед зеркалом в новом платье, которое я не видел раньше. "Купила на распродаже, просто повод не было надеть", – объяснила она, заметив мой взгляд. Я ещё подумал, что она выглядит слишком нарядной для обычного корпоратива, но отогнал эту мысль.
– Что с ней? Она в порядке? – мой голос дрогнул.
– Физически – да, – последовал странный ответ. – Послушайте, то, что я собираюсь сказать, будет неприятно. Для нас обоих.
Я сел на диван, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. У меня мелькнула дурацкая мысль: "Наверное, так чувствуют себя люди, когда им звонят из больницы или полиции".
– У меня роман с вашей женой. Последние семь месяцев.
Казалось, время остановилось. Я слышал дыхание этого человека в трубке, но не мог произнести ни слова. Семь месяцев. Почти треть срока нашего брака. Перед глазами промелькнули картинки: вот мы с Анной отмечаем годовщину свадьбы полгода назад, вот встречаем Новый год у её родителей, вот планируем летний отпуск... И всё это время она была с другим?
– Вы здесь? – спросил голос.
– Зачем вы мне это говорите? – наконец выдавил я.
– Потому что вы заслуживаете знать. И потому что... всё сложнее, чем кажется. Глава 2. Признание
Его звали Олег Ветров. Тридцать семь лет. Разведен. Старший менеджер, работает с Анной в одной фармацевтической компании.
– Познакомились в прошлом году, на конференции в Сочи, – его голос звучал ровно, пока я чуть не ломал телефон в руках. – Всё как-то само получилось. Ни я, ни она этого не планировали.
Я вспомнил ту конференцию. Анна уезжала на пять дней в октябре. Вернулась оживленная, с подарками для меня – дорогим коньяком и какой-то местной сладостью. Рассказывала о презентациях, деловых завтраках, вечерних фуршетах. Но ни слова об Олеге. Выходит, уже тогда, сидя со мной на кухне и делясь впечатлениями, она скрывала правду?
Странно было слушать, как чужой человек рассказывает о твоей жене. О вечерах, которые они проводили вместе, пока я задерживался на работе. О выходных, которые моя жена якобы проводила у родителей за городом.
Я мысленно перебирал последние месяцы. Да, Анна стала чаще ездить к родителям. "Мама неважно себя чувствует", – объясняла она. Я даже предлагал поехать с ней пару раз, но она отговаривала: "Там такой бардак, лучше я сама". Теперь всё встало на свои места – никакой мамы не было. Были свидания с Олегом.
– А почему сейчас? – спросил я, когда он замолчал. – Почему решили рассказать именно сегодня?
– Потому что Анна беременна.
По спине пробежал холод. Мы с Анной три года мечтали о ребёнке. Три года разочарований, походов по врачам и слёз у неё на подушке. И вот теперь этот человек говорит...
Я вспомнил наш первый поход к врачу. Мы были так уверены, что быстро станем родителями – молодые, здоровые, с кучей планов на будущее. В своих мечтах мы уже выбирали имена, спорили о том, будет ли у нас сын или дочь. А потом начались бесконечные тесты, анализы, УЗИ. И наконец, тот разговор с врачом, который перевернул всю нашу жизнь.
– Она сказала вам, что это ваш ребенок, верно? – продолжил Олег. – Две недели назад. Она пришла домой с результатами теста и сказала, что вы наконец-то станете отцом.
Именно так всё и было. Я помнил тот вечер до мельчайших подробностей. Как она плакала от счастья, как мы танцевали на кухне под Элтона Джона, как я целовал её живот и шептал что-то нашему будущему ребенку. "Наше маленькое чудо", – так я называл ещё не родившегося малыша. Мы даже съездили в торговый центр и купили крошечные пинетки – первую вещь для нашего ребенка.
– Этот ребенок не может быть вашим, – сказал Олег. – У вас... проблемы с этим. Анна рассказала мне. Именно поэтому я знаю, что ребенок мой.
Перед глазами всё поплыло. Два года назад мне поставили диагноз – очень низкая вероятность зачатия. Шансы были мизерными, но не нулевыми. Мы с Анной решили продолжать попытки, параллельно рассматривая варианты ЭКО.
Я помню, как она плакала, когда мы вышли из кабинета врача. Как я обнимал её, говоря, что мы со всем справимся, что есть другие способы стать родителями. Тогда она призналась, что для неё материнство – самое важное. "Я всегда представляла себя с ребенком, с детства знала, что буду мамой", – говорила она сквозь слезы.
– Если вы думаете, что я поверю незнакомцу, который звонит мне и...
– В её сумочке есть красная записная книжка, – перебил он. – Она ведет там дневник. Посмотрите записи за 20 марта. И за 14 апреля.
У Анны действительно была такая записная книжка. Я видел, как она что-то пишет там вечерами. Однажды я спросил, что она записывает. "Просто мысли, планы на будущее", – ответила она, закрывая книжку.
– Зачем вы мне всё это рассказываете? – мой голос упал до шепота.
– Потому что я полюбил её, – просто ответил он. – И я хочу быть частью жизни своего ребенка. Но прежде чем мы с Анной решим, что делать дальше, я считал правильным поговорить с вами.
– Великодушно, – горько усмехнулся я.
– Вы не понимаете, – его голос изменился. – Анна не хотела вам говорить. Она планировала... выдать ребенка за вашего. Продолжать наши отношения тайно. Я не мог с этим согласиться. Так нечестно по отношению ко всем – к вам, ко мне, к ребенку.
Глава 3. Красная записная книжка
Я сидел в каком-то ступоре, пока не услышал, как поворачивается ключ в замке. Анна вернулась раньше обещанного. Я быстро встал и пошёл в спальню. Сумка жены лежала как обычно на её туалетном столике – она всегда оставляла её там, приходя домой.
Копаясь в её сумке в поисках этой красной книжки, я чувствовал себя вором в собственной квартире. Книжка нашлась между кошельком и косметичкой.
Когда мы только начали встречаться, Анна говорила, что не любит электронные заметки и всегда ведет бумажный ежедневник. (продолжение в статье)
— Ксюш, ну не плачь, а? Ну, хватит уже… Ты же всё понимаешь, — увещевал муж.
— Понимаю, — всхлипывая, отвечала Ксения, — Но, я не могу забыть её. Не могу. Разве можно быть таким равнодушным?
Она опять проснулась посреди ночи в состоянии невообразимой тоски. Напрасно! Напрасно они так поступили! Может это был знак свыше? И, может, поэтому на душе теперь так тяжело?
Слёзы градом струились по щекам женщины.
Заплакала маленькая дочка. Ксения вздохнула, вытерла слёзы и поспешила взять малышку на руки. Её пора было кормить. Женщина расстегнула крошечную пуговку на груди на ночнушке и уселась поудобнее с дочкой в кресло. «Проголодалась, маленькая», — смотря на кроху, с улыбкой, подумала Ксения. Однако слёзы снова заблестели у неё на глазах.
Дашуня родилась раньше срока. Вся жёлтенькая, как лимончик. «Так бывает, — заявила врач. — Желтуха новорожденных. А что вы хотели? Печень ещё не сформировалась!»
Конечно, скоро всё прошло, — ведь это не патология. Ксения и Дашуня были благополучно выписаны из роддома.
Муж, Леонид, с нетерпением ждал появления дочки. О том, что это произойдёт раньше срока никто никогда и не думал. И теперь Леонид шутил о том, что Дашуня поторопилась поскорее увидеться с ними. Потому и родилась недоношенной. Ксения улыбалась. Она была счастлива. Любимый муж, ребёнок, что ещё надо для счастья?
Встретились они с Леонидом, будучи уже вполне состоявшимися, серьёзными людьми. Обоим по тридцать три года. Успешная карьера, хорошая зарплата. (продолжение в статье)
Дима вместе с супругой Аней и их сыном Юрой активно готовились к отдыху на побережье. Это было их первое и долгожданное семейное путешествие. За шесть лет совместного брака они не раз сталкивались с различными трудностями.
После свадьбы Аня неожиданно забеременела, и вместо медового месяца пара начала подготовку к рождению ребенка. Ни у Димы, ни у Ани своего жилья не было, а с родителями жить не хотелось. Анины родители ютились в однушке, поэтому их теснить было неловко. В вот свекровь Галина Владимировна неоднократно упрекала Диму за то, что он тратит деньги впустую, вместо того чтобы жить всем вместе.
Когда Галина Владимировна предложила сыну жить у нее, она установила плату в десять тысяч за комнату и выдвинула ряд условий: чтобы внук днем не мешал, Аня готовила по расписанию, и они сделали ремонт в квартире. Дима не стал обсуждать это предложение с женой и сразу отказался, посчитав его странным. Хотя что говорить, ведь мать выселила его из квартиры в общежитие, как только он поступил в университет. В двух других комнатах жила Галина Владимировна вместе с сестрой Димы — Алиной.
Так вышло, что оба брака Галины Владимировны распались — мужики попадались не те: то пьет, то бьет, то изменяет. От каждого брака осталось по ребенку. Дима был старшим сыном, который родился у его матери аж в восемнадцать лет по глупости, поэтому все невзгоды и несчастья в жизни матери вешались тяжелым грузом чувства вины на сына.
Дима всегда ощущал особую ответственность за мать и сестру, возможно, попросту хотел, чтобы его тоже любили. (продолжение в статье)